Плотный звук, голос рассказывает историю

18 февраля 2015
Тино Брюч
Тино Брюч

Тино, не кажется ли вам рискованной столь изысканная программа, где нет ни одного хорошо знакомого публике хита?

— В нашей новосибирской программе — два больших цикла для тенора и струнных: «Четыре гимна» Воан-Уильямса и «Озарения» Бриттена. «Озарения» — абсолютный шедевр, и в Англии сочли бы, что хитов в программе целых два. В то же время против музыки ХХ века у многих есть предубеждение. Поскольку это мое первое (но, надеюсь, не последнее) выступление в России, не могу сказать заранее, понравится ли оно публике. Но я могу постараться передать ей уверенность в том, что это великая музыка, которую стоит послушать. Помимо хорошо известных английских сочинений мы исполним пьесу «Штрихи» молодого швейцарского композитора Сирила Шюрха (мировую премьеру представил оркестр Государственного Эрмитажа полгода назад) и Сюиту для струнного оркестра Отмара Шёка. То, что Шёк — выдающийся мастер позднего романтизма, признано во всем мире. Он из тех композиторов, кого сейчас открывают заново. На вышедшем недавно CD Райнера Хельда — два его крупных оркестровых сочинения.

В вашей дискографии около десятка CD. Какие из них для вас наиболее важны? Имеет ли смысл делать новые записи в условиях кризиса рынка, о котором ваши коллеги говорят уже много лет?

— Очень люблю швейцарского композитора Франка Мартена, его «Три стихотворения о смерти» для тенора, баритона, баса и трех электрогитар чудесны — я счастлив, что сделал эту запись, она из моих любимых. Другая — «Эрвин и Эльмира» Шёка, одна из ранних его работ, еще в позднеромантическом стиле, но уже предвещающая его будущий зрелый почерк. И хотя Шёк — крупнейший швейцарский композитор, сочинение прежде не записывалось. Это так называемый зингшпиль, нечто среднее между оперой и сочинением для концертного исполнения. Возможно, поэтому он не исполняется часто — там нет ни драматической наполненности оперы, ни эффектности оратории или кантаты.
Вообще же рынок звукозаписи — дело сложное. Что касается возможности заработать на продажах записей, эта тема более или менее закрыта. Другое дело — забота о культурном наследии, сохранение музыки для истории: среди моих записей преобладает забытая музыка швейцарских композиторов, которую, уверен, стоит открывать вновь. Мне не составило бы труда заполнить ею еще десять CD. Но находить финансирование все сложнее, и у меня нет постоянного спонсора, благодаря которому я мог бы записываться так часто, как хотел бы.

Швейцарская музыка не слишком хорошо известна в России и за ее пределами; что такое швейцарская музыка вообще, в нескольких словах?

— Швейцарская музыка многолика, как сама Швейцария. Так вышло, что я стал по ней большим специалистом; в моем репертуаре — значительная часть важных сочинений швейцарских композиторов. Франк Мартен, Вилли Буркхард, Отмар Шёк и Артюр Онеггер — крупнейшие швейцарские композиторы ХХ века. Но если Онеггер очевидно находился под влиянием французской культуры, то Мартен нашел свой собственный, уникальный путь развития музыкального языка. В свою очередь, Шёк — продолжатель немецкого позднего романтизма, а для Буркхарда очень важна традиция протестантской церкви. Не меньшего внимания заслуживает Людвиг Зенфль, швейцарский композитор эпохи Возрождения.

Ваш репертуар охватывает музыку нескольких столетий; что из него вам особенно близко? Предпочитаете ли вы петь в опере, выступать с оркестром или пианистом?

— Мне повезло — мой голос гибок и изменчив. По-прежнему люблю петь «Вечерню Пресвятой Девы Марии» Монтеверди или партию Евангелиста в баховских «Страстях». Но я исполняю все больше романтического репертуара и музыки ХХ века — у моего голоса для этого все возможности. Оперы пою редко, чаще оратории, песни с оркестром и лидерабенды; равновесие между этими тремя жанрами меня более чем устраивает.

Верно ли, что молодые певцы уделяют все меньше внимания лидерабендам, тогда как раньше для вокалиста это был хлеб насущный?

— Lied для певца — самое трудное. Только твой голос и фортепиано, никакого действия, ничего больше. Наполнив красками голос, ты можешь рассказать слушателю несколько историй, заинтересовать его примерно на час. Чтобы преуспеть в этом жанре, нужно невероятно много времени и сил — и на этом, конечно, не разбогатеешь. Вот почему не так много певцов им занимается. И тем не менее эта богатая традиция продолжает жить.

Райнер Хельд 
Райнер Хельд

Райнер, вы тесно связаны с несколькими оркестрами бывшего СССР — работаете в Минске, Красноярске, Львове, несколько лет назад выступали в Крыму. Как возникли эти связи?

— Впервые я побывал в России еще в юности. С тех пор люблю вашу страну, ее культуру и ее публику.

С чего начался ваш постоянный контакт с Камерным оркестром Новосибирской филармонии? Насколько успешны ваши ежегодные европейские турне?

— Впервые мы выступили вместе в Швейцарии в 2008 году, исполняли музыку Бородина, Чайковского, Аренского и швейцарских композиторов, и гастролируем в Швейцарии каждый год. Благодаря плотному, теплому звучанию и безграничным техническим возможностям у оркестра там отличная репутация.

Вы также выступаете на Украине — в мае нынешнего года во Львове анонсирована мировая премьера под вашим управлением. О каком сочинении идет речь?

— Это будет мировая премьера Пассакальи для симфонического оркестра Карла Рютти — три недели спустя я также исполню это сочинение в Красноярске, где выступлю уже второй раз. Я заказал это сочинение как своего рода пролог к знаменитой «Литургической симфонии» Артюра Онеггера, которая прозвучит следом. Оно основано на образах Джованни Сегантини, знаменитого итальянско-швейцарского художника.

Вашими учителями были два выдающихся дирижера, Марчелло Виотти и Герберт Бломстед…

— Каждый из них — крупная личность, но куда сильнее на меня повлиял еще один мастер — Геннадий Проваторов.

Вы исполняете много премьер, в том числе швейцарских композиторов. Какие из них для вас наиболее важны?

— Из всех премьер, которые мне довелось представить публике, два сочинения Карла Рютти я считаю выдающимися: это «Видения Николя из Флю» (симфония для органа, сопрано, струнного оркестра и ударных) и Концерт для органа, ударных и струнных. Его мы трижды исполним на гастролях по Германии, куда отправимся сразу после двух концертов в Новосибирске. Оба сочинения были исполнены и записаны с Камерным оркестром Новосибирской филармонии. Работа над сохранением и приумножением богатой швейцарской музыки, конечно же, один из моих дирижерских приоритетов. В том числе речь идет о заказах нашим современникам новых сочинений, которые я стараюсь исполнять так широко, как только могу.
Илья Овчинников, colta.ru

Партнеры

Группа компаний "Новоконстрой"
ВТБ24
Чашка кофе
Балкан гриль
Московская биржа
Favorit cheese
Формажжио
Рестораны Дениса Иванова-1
Amour (цветочный магазин)
Прима линия
Хилтон Новосибирск
Клиника Елены Соловьёвой
Шашлыкофф
Дудник
AZIMUT Отель Сибирь
Компания «Восточный двор»
Аэродром «Мочище»
ОАО «Синар»
Альянс Франсез
ООО «ЗапСибИнтернешнл»
Ресторанный комплекс Bierhof
ООО «Байт»
Компания «Дизайнмастер»
Ресторация Город N
Реклама онлайн

Информационные партнеры

Музыкальное обозрение
Музыкальный журнал
Кинотеатр "Победа"
Музыкальная жизнь
Музыкальный клондайк
СТС-МИР
Ретро фм
Тайга
Сибкрай
ОТС
Академия новостей
Афиша Новосибирска
Ведомости Законодательного Собрания Новосибирской области
ВС-TV.ru
Аргументы и факты